Вы не можете изменить прошлое – но можете изменить будущее

*Лидер оппозиции и председатель партии «Еш Атид» Яир Лапид на пленарном заседании «40 подписей» 23.02.2026*

У каждого, кто стоит во главе государства, есть событие, которое определяет его каденцию. Одно событие, которое – к добру или к худу – становится определяющим, водоразделом. Так их и запоминают.

Давид Бен-Гурион сделал бесчисленное множество вещей, но мы помним его за провозглашение государства. Это его определяющее событие. Бегин сделал бесчисленное множество вещей, но мы помним мир с Египтом. Голда – Войну Судного дня. Шарон – размежевание. Рабин – Осло.

Так это работает. Так работает историческая память. Мы помним лидеров по главному событию, произошедшему в период их правления. У каждого израильского премьер-министра есть событие, которое его определяет. Событие, которое закрепляет его в национальной памяти.

Оглядываясь назад, всегда кажется, что это великое событие было неизбежным. Что все, что этот премьер-министр делал в своей жизни, вело к одному центральному событию, которое могло произойти только в период его каденции.

И то, что определит вас в нашей истории, господин премьер-министр, – это седьмое октября. Только седьмое октября.

Я полностью понимаю попытку написать другую историю. Желание создать альтернативный рассказ, в центре которого операция с пейджерами или бомбардировка Ирана. Это не сработает. История так не работает.

Арик Шарон был бы рад, если бы мы помнили его за операцию «Защитная стена», приведшую к подавлению второй интифады. Но мы помним не это. Рабин был бы рад, если бы мы помнили его за операцию в Энтеббе. Но мы помним не это.

Вы знаете правду. Вот что вас так пугает. История запомнит вас только за седьмое октября.

Не только потому, что это самое масштабное событие без всякого сравнения за все двадцать лет вашего премьерства, но и потому, что все вело именно к этому.

Часть шока, часть боли в том, что, оглядываясь назад, мы не можем понять, как вы не увидели того, что было прямо перед вами. Как вы не увидели, к чему ведут чемоданы денег из Катара. Как вы не увидели, к чему ведет ошибочная и разрушительная политика укрепления ХАМАСа.

Как вы не увидели запущенность сухопутных войск. Как вы не увидели, что судебный переворот ослабляет безопасность. Как вы не увидели, что в вашей канцелярии происходят опасные вещи. Как вы не увидели, какую страшную цену имеет раскол и яд, проникший в израильское общество.

За время вашей слишком долгой каденции происходили и хорошие вещи. Я ни на секунду этого не отрицаю. Есть что-то немного смешное и очень надуманное в ваших попытках приписать себе чужие заслуги, например успех израильского хай-тека, к которому вы не имели никакого отношения, но вы делали и реальные вещи.

Забор на южной границе с Египтом – это хорошо. Бомбардировка в Иране была отличным шагом. Это не мелочи. Но это не будет вашим наследием и не это определит ваше место в израильской истории.

Ничто из того, что вы сделали или не сделали, никакой успех и никакая неудача, не будут звучать в национальной памяти так, как резня седьмого октября.

И пусть будет ясно: правильное слово – «резня». Нет другого слова. Когда сжигают младенцев, когда целые семьи убивают в защищенных комнатах, это не событие, это резня.

Не будет более сильной ассоциации, не будет ничего другого, что определит ваш период в должности премьер-министра, кроме резни седьмого октября.

И самое поразительное, что, зная это, отчаянно пытаясь изменить то, что изменить невозможно, с каждым днем вы только усиливаете это.

Странные, обрезанные, отредактированные и фальсифицированные протоколы, которые вы представили государственному контролеру, 55 страниц лжи, которую так легко разоблачить, – только усиливают это.

Ваш отказ создать государственную комиссию по расследованию – только усиливает это. Я задаюсь вопросом, понимаете ли вы, что этим лишь подчеркиваете, насколько вы боитесь настоящего расследования.

Прежде всего, это усиливает тот факт, что вы не просите прощения. Вы не встали перед народом Израиля, перед семьями погибших, перед 46 заложниками, убитыми в плену, перед убитыми на фестивале «Нова», перед целым поколением с разбитым сердцем – и не попросили прощения.

Вы не встали и не сказали: ответственность на мне. Я возглавлял систему – это на мне. Я не могу уклониться, не буду больше перекладывать вину на других, тем более на армию и ШАБАК. Лидерство означает ответственность, и я прошу прощения.

Господин премьер-министр, вы не можете избежать этого исторического приговора, но есть одно, что вы можете сделать, чтобы это не стало единственным, что о вас будут помнить. Вы не можете изменить прошлое – но можете изменить будущее.

Государство Израиль движется к стене. Вы не построили эту стену, но она выросла именно в период вашего правления. Эта стена – ультраортодоксальное уклонение от службы. Это демографически разрывает нас, экономически угрожает нам, рвет израильское общество.

Дискриминация между кровью и кровью разрушает саму идею взаимной ответственности. Весь Израиль видел безумную и преступную погоню сотен ультраортодоксальных молодых людей в Бней-Браке за двумя солдатками в форме.

Весь Израиль видел, как рав Шалом Бер Сороцкин, глава сети ешив «Атерет Шломо», танцует и поет: «Во власть безбожников мы не верим», а на фоне кричат: «Умрем, но не пойдем в армию».

Это не крайние секты, это ультраортодоксальный мейнстрим, и вы под этим подписались. И в отличие от седьмого октября, здесь вы еще можете изменить реальность.

Хотите исторический поступок? Это произойдет только если вы выйдете из зоны комфорта. Что вам терять? Два месяца в канцелярии.

Вы можете встать здесь и сказать: я больше не поддерживаю уклонение. Я не согласен, чтобы в этой стране были два типа евреев – те, кому можно жертвовать жизнью, и те, кому нельзя.

Служащий и воюющий сектор общества не может продолжать платить 60 миллиардов шекелей в год уклонистам. Он не может продолжать служить по 300 дней в резерве. Не может быть общества, освобожденного от траура.

ЦАХАЛ потерял две дивизии – 30 тысяч раненых и 925 погибших. Армии не хватает минимум 15 тысяч солдат, и взять их можно только среди ультраортодоксальной молодежи. Они должны призываться.

Закон должен быть простым: кто не изучает 100% базовых предметов – не получает ни шекеля от государства. Кто не служит – не получает ни шекеля. Кто не работает – не получает ни шекеля.

Если вы это сделаете, вы все равно останетесь премьер-министром седьмого октября, но история скажет: по крайней мере он остановил ультраортодоксальное уклонение, прежде чем оно разрушило государство изнутри.

И еще одно. Есть вероятность, что мы стоим перед кампанией в Иране. Если она начнется – мы отложим все разногласия. Я встану на защиту международного статуса Израиля.

Я скажу: я глава оппозиции, мы с Нетаниягу соперники, но в этом он прав. Иран нужно атаковать всей мощью, режим аятолл должен пасть.

Израиль не должен бояться, даже ценой определенного трения с американцами, бомбить не только военные цели, но и иранские нефтяные месторождения и всю энергетическую промышленность. Это уничтожит их экономику и приведет к падению режима.

Мы должны были сделать это еще в апреле 2024 года. Если не будет иранской экономики, не будет иранской ядерной программы, не будет режима террора.