Яир Лапид на международной конференции по борьбе с терроризмом в Университете Райхмана
Я хочу начать с вопроса, которого правительство избегает уже три года: чего они хотели? Чего хотел ХАМАС?
Не что они сделали. Что они сделали, мы знаем и никогда не забудем. Тысяча сто шестьдесят три наших братьев и сестер, убитых за один день. Семьи, сгоревшие в своих домах, дети, похищенные из постелей. Ноа Дан. Двенадцатилетняя девочка с аутизмом, с волшебной палочкой Гарри Поттера, убитая в объятиях своей бабушки Кармелы.
Вопрос в другом: чего они хотели добиться? Понятно, что они хотели нас убивать. Они хотят убивать нас уже 150 лет. Но убийство не было главной целью. Убийство было способом добиться главной цели.
Террор не побеждает на поле боя. У него нет танков, нет самолётов, нет армии, способной захватить Тель-Авив. Синвар и Дейф знали это. Их целью была не только резня 7 октября. Чего они хотели?
Цель террора — расшатать реальность. Его цель — страх, подозрительность, кадры в СМИ, ненависть, тревога, радикализация. Цель террора — заставить общество разрушить само себя.
Террор хочет хаоса. Всегда. Синвар не думал, что захватит Израиль. У него была другая цель. Он верил, что сможет заставить нас перестать быть Израилем.
Его большой замысел, его большой план состоял в том, чтобы самая успешная страна на Ближнем Востоке — открытая, творческая, свободная и демократическая — превратилась во что-то другое. Он хотел превратить нас в закрытую, радикальную, напуганную, подозрительную страну, одержимую местью.
Он хотел, чтобы вместо Start-Up Nation с ВВП выше, чем у Италии и Великобритании, вместо ближайшего союзника США с большим количеством Нобелевских премий, чем у Китая, мы превратились в ещё одну ближневосточную страну — кровоточащую, изолированную, полную ненависти, зависимую от мести.
Вот чего должна была добиться резня 7 октября. Этого же хотели добиться катарские деньги — миллиарды долларов, работавшие на это, от кампусов в США до канцелярии премьер-министра. На это работали и работают все иранские и палестинские операции влияния и все полезные идиоты — от Роджера Уотерса до Мамдани.
Они хотели превратить нас в страну, которая ведёт вечную войну снаружи и гражданскую войну внутри. Не только в страну, которая боится своих соседей, но и в страну, чьи друзья боятся того, во что она превратилась, а её граждане боятся друг друга.
Они хотели этого, потому что считают, что именно такую страну они смогут уничтожить. Они думают, что смогут уничтожить нас, если им удастся изменить нас. Это их единственный шанс. Если мы станем такими, как они, они смогут победить. Если мы разрушим себя изнутри, они смогут разрушить нас снаружи.
И в тот день, 7 октября, народ Израиля ответил на это: «Нет».
Государство рухнуло в то утро — но народ поднялся. Двадцатипятилетняя координатор безопасности, которая командовала обороной своего кибуца. Бедуинский таксист из Рахата, который снова и снова возвращался в ад и спас 30 молодых людей от смерти. Шестидесятидвухлетний дедушка, который взял пистолет и поехал на юг спасать своих внуков.
Наш самый страшный час стал нашим самым прекрасным часом. Добровольческие штабы, возникшие за одну ночь. Сотни тысяч резервистов, которые не ждали повестки. Рой Нагари, который сам поднял по тревоге себя и свою команду и отправился в кибуц Беэри, написал жене в WhatsApp: «Я тебя люблю», а затем погиб.
Героизм, щедрость, любовь к людям. Всё это было там. Народ выдержал испытание.
А потом настала очередь правительства взять командование на себя — и оно провалилось. Вместо того чтобы понять план ХАМАСа, вместо того чтобы понять катарский план, вместо того чтобы понять иранский замысел, они прямо попались в ловушку. Позволили нашим врагам водить себя за нос.
Посмотрите, что произошло за эти три года.
ХАМАС, Катар и Иран хотели вечной войны — и правительство превратило «вечно жить с мечем» в официальную программу действий. Вместо процветания, вместо Start-Up Nation, премьер-министр объявляет нам, что мы — «супер-Спарта». Нормальной жизни здесь не будет. Только войны.
ХАМАС, Катар и Иран всегда хотели, чтобы мы оторвались от мира, а мир оторвался от нас. Они годами над этим работали. Теперь это происходит.
Ордера на арест в Гааге, обыски багажа израильтян в Нидерландах, футбол в Ирландии, бойкоты на «Евровидении», все представители, покинувшие зал во время выступления Нетаниягу на Генеральной Ассамблее ООН — это не те вещи, которые просто случились с нами. Это был их план. Это была их цель. Всегда.
Предыдущие правительства умели с этим справляться. Когда я был премьер-министром и отправил ЦАХАЛ и ШАБАК на операцию «Рассвет» в Газе, у меня в кабинете была политико-дипломатическая команда, которая с первого момента работала параллельно военной операции. У меня был единый штаб международной разъяснительной работы, действовавший от Вашингтона до Мумбаи.
Нынешнее правительство вместо дипломатической работы, вместо разъяснительной работы, вместо борьбы за наш международный статус занято твитами. Закрывает посольства, объясняет нам, что весь мир антисемитский.
Верно. Антисемитов много, есть BDS, против нас работают большие деньги — вы хотите помогать им или бороться с ними?
Если решают бороться, не меняют трёх министров иностранных дел за три года. В мае 2024 года ушёл в отставку глава Национального управления разъяснительной работы, и в течение двух лет — до мая 2026 года, двух худших лет в истории израильской разъяснительной работы — они даже не удосужились назначить кого-то на его место.
Один министр предлагает сбросить атомную бомбу на Газу, другой предлагает морить детей голодом — всё это на экранах по всему миру. Они активно помогали лживой и разрушительной кампании о геноциде.
Геноцида не было. Это кровавый навет. Я верю ЦАХАЛу, я верю нашим солдатам и командирам. Но израильские министры и депутаты Кнессета помогали этому кровавому навету. Помогали кампании, призванной лишить нас легитимности.
Когда они говорили: «В Газе нет невиновных», все ненавистники Израиля говорили: «Вот, они сами признают, что происходит геноцид». Они просто делали работу за ХАМАС, Катар и Иран.
То же самое — на внутренней арене.
Наши враги задействуют профессиональную, финансируемую и опасную систему — медийную, информационно-психологическую и политическую, — цель которой в том, чтобы мы перестали верить в наш образ жизни, в наши институты. И правительство попалось в эту ловушку. Правительство служит им каждый раз, когда выступает против командиров ЦАХАЛа, против ШАБАКа, против суда, против каждого, кто носит форму или мантию.
Наши враги хотели, чтобы мы боялись друг друга, — и правительство распространяет теорию внутреннего предательства. Эта теория — великая мечта Синуара. Этого хотел Насралла, этого хотел Хаменеи. ЦАХАЛ уничтожил всех троих, но затем Тали Готлиб, 14-й канал, машина яда и ночные твиты из канцелярии премьер-министра вернули их наследие к жизни.
Согласно опросу, проведённому здесь, в Университете Райхмана, четверо из десяти израильтян, 38% населения, верят, что командиры ЦАХАЛа и ШАБАКа сотрудничали с ХАМАСом. Что плац БААД-1 — это плац предателей Государства Израиль. Большего подарка нашим врагам невозможно представить.
Теория внутреннего предательства — и есть внутреннее предательство.
Нет большего внутреннего предательства, чем распространение лжи о внутреннем предательстве. Тот, кто сознательно и намеренно продвигает эту отвратительную ложь, помогает врагу.
ХАМАС не победил на поле боя — он не разгромлен, вооружённые боевики всё ещё находятся в Газе, — но Государство Израиль несравнимо сильнее ХАМАСа. Только правительство забыло, что победа над террором измеряется не только разрушенными туннелями и ликвидированными террористами.
Это правительство отправило наших героических бойцов сражаться с террором, но оно не сражалось с идеей, стоящей за террором.
Каждая кампания подстрекательства и запугивания здесь, внутри страны, — это то, чего хотел Катар. Каждое натравливание одних групп израильского общества на другие — то, чего хотел Иран. Каждый шестнадцатилетний подросток, который говорит, что нет ничего страшного в убийстве младенцев в Газе, потому что там нет невиновных, — это то, о чём мечтал ХАМАС, это и было их целью. Каждый закон, отрывающий ещё один кусок от нашей демократии, — то, чего желали наши враги.
Если правительство Нетаниягу хочет получить заслугу за ликвидацию Синвара и Насраллы — пусть перестанет реализовывать их планы.
Есть два вида политики: политика страха и политика надежды. Политика страха всегда побеждает в краткосрочной перспективе, потому что страх — эмоция, которую легче всего вызвать, это заложено в нашей ДНК.
Но политика страха всегда проигрывает в долгосрочной перспективе, потому что невозможно построить дом на фундаменте страха. Невозможно создать нормально функционирующее общество из страха. Страх умеет только разрушать.
Мы должны решить, чем для нас является 7 октября: раной, от которой мы так и не оправились, — или моментом, когда мы решили, кто мы.
Вот статистический факт, в котором есть утешение. С 7 октября 2023 года в Израиле родилось около полумиллиона детей. Это наша жизненная сила — смех полумиллиона младенцев.
Это и наш следующий вызов, потому что эти дети не будут помнить 7 октября — с ними этого не происходило. Они будут изучать это. Это будет урок истории в их классе. Это будет документальный фильм в годовщину. Это будет история, которую мы им расскажем.
Мы должны решить — что будет в этой истории? Страх или героизм? Подозрительность или взаимная ответственность? Ложь о внутреннем предательстве или сила правды, которую мы обнаружили в себе в самый тяжёлый момент нашей истории?
Я не буду стоять здесь и обещать вам, что это будет легко. Легко не будет. Наши враги реальны, наша рана глубока, подстрекательство проникло внутрь нас и отравило нас. Это долгий путь. Но нация оценивается не по лёгким дням — она оценивается по тому, что делает в тяжёлые дни.
Настоящая победа над ХАМАСом произойдёт не в Газе — она произойдёт здесь, в Израиле. Абсолютная победа наступит в тот день, когда Израиль снова станет тем, чего они боялись больше всего:
сильной и безопасной страной, которая одновременно является свободной, открытой и либеральной демократией, успешной и связанной с миром. Объединённой вокруг желания исправить то, что было сломано. Объединённой вокруг ценностей Декларации независимости и еврейской традиции любви к человеку и помощи слабому.
Вот какую историю мы расскажем нашим детям. Вот наш настоящий ответ: они хотели, чтобы мы боялись — мы выбрали надежду. Они хотели, чтобы мы ненавидели — мы выбрали любить друг друга.
Они хотели закончить нашу историю — а мы напишем следующую главу. И напишем её там, где свободный народ, живущий в демократическом государстве, определяет свою судьбу:
у избирательной урны, через три недели.
Большое спасибо.
Если вы доверяете нам
